Клинок Армагеддона

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Клинок Армагеддона » Анкеты » Мира (человек)


Мира (человек)

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

1. Ваше имя, фамилия, прозвище, кличка.
Данное при рождении – Джейн, со всеми возможными и невозможными сокращениями вроде Джен и Дженни. Принятое в обучении – Мираж. То, которым представляется по настоящее время, дабы не вызывать слишком много вопросов – Мира.

2. Возраст, год рождения
Родилась на исходе лета в 692 году от Пришествия. А о количестве прожитых лет девушку спрашивать не пристало.

3.Расовая принадлежность.
Человек

4.Статус в обществе.
… Наемница?

5.Род занятий.
Специалист по выполнению трудных поручений разнообразного характера. Да, устранение нежелательных лиц входит в список таких поручений. Нет, Гильдия здесь совершенно не при чем.

6.Внешний вид.
В общем и целом: среднего или даже невысокого роста – смотря с кем сравнивать, конечно. Тонкая, гибкая, для девушки довольно-таки атлетично сложенная, но с мужчиной ее определенно не спутать (если она сама того не захочет, конечно) – все, что отличает женскую фигуру от мужской присутствует на подобающих местах и ровно в таком количестве, чтобы радовать взгляды, но не мешать активному образу жизни и не вызывать чрезмерного оживления в толпе. Двигается легко, быстро, уверенно, с поистине кошачьей грацией и ловкостью, впрочем, походку при необходимости сменить также не составит большого труда.
Волосы черные, как правило, достаточно длинные, чтобы их можно было собрать в хвост, и в то же время достаточно короткие, чтобы не мешать. Глаза золотисто-желтые, что может быть и не совсем обычно для людей, но вполне обычно в рамках отдельно взятой семьи, из которой Мира происходит. Если не считать этого кошачьего взгляда, который может показаться кому-то притягательным, а кому-то и отталкивающим, лицо у девушки определенно симпатичное, правильное, с аккуратным прямым носом и красиво очерченными губами, но о какой-то там сверхъестественной привлекательности говорить не приходится.
На теле, руках и ногах имеется довольно много шрамов, по внешнему виду которых сведущий человек многое бы понял об их носительнице. Поэтому Мира предпочитает довольно закрытую одежду и длинные рукава. В одежде выбирает темные и неяркие оттенки, кроме того вещи должны быть удобными и не мешать передвигаться. Если вам случилось увидеть Миру в платье, то можно с уверенностью говорить о том, что под подолом имеются штаны, а от самого этого платья при необходимости можно легко избавиться.   

По сравнению с братом-близнецом: лет до десяти эти двое вообще практически не отличались друг от друга, чем совершенно беззастенчиво пользовались. С возрастом, конечно, сходство брата и сестры сделалось менее очевидным, но любой видящий их рядом определенно может предположить их близкое родство. Мира немного ниже и, вероятно, легче брата. Волосы у нее темнее, ближе к угольному, а не пепельно-черному оттенку, глаза, напротив, светлее и более холодного, металлического, а не янтарного оттенка. Кроме того, несмотря на весьма опасные занятия, лицо от шрамов Мире все же удалось сберечь. 

7.Характер персонажа.
Спокойна, до занудства рассудительна и расчетлива. Никогда не принимает поспешных решений – даже в ситуациях, когда раздумывать некогда сумеет выкроить хоть несколько секунд на обдумывание прежде, чем лезть в пекло. Поэтому если уж она взялась за какую-то работу, можно с уверенностью говорить, что она знает, как именно собирается ее выполнять. Даже если в процессе план придется изменить еще десяток раз.
Не любит сидеть без дела, но и за заказами особенно не гоняется, полагая, что всех денег все равно не заработать. Вот уже два с лишним года успешно умудряется работать иногда под самым носом у Гильдии, стараясь все же особенно не перебегать им дорогу – она не анархистка и не самоубийца. Просто не умеет и не хочет ни в чем отчитываться перед кем-то кроме непосредственного заказчика. Необходимость все время прятаться и в каждом подозревать агента Гильдии заставляет Миру быть осмотрительной, осторожной, подозрительной и очень легкой на подъем. В силу всех этих обстоятельств друзей у нее нет, есть только «контакты» - те, кому можно доверять чуть больше, чем первым встречным. Во всем, что не касается социальных взаимодействий – открыта миру вокруг, новому опыту, знаниям, впечатлениям. С удовольствием бы отправилась в путешествие за море, но незавершенные дела пока не позволяют.
В силу своего обучения и дальнейшей деятельности, крайне спокойно и философски относится к убийству себе подобных. Смерти не боится, но и ни коем образом к ней не стремится.
Упряма – чтобы переубедить ее в чем-либо потребуются весьма веские доводы, и даже если она согласится – не значит, что после не попытается сделать все по-своему. Впрочем, опыт и чутье ее редко подводят, так что прежде чем спорить, подумайте дважды.
Для девушки крайне уравновешена и хорошо контролирует свои эмоции. Достоверно известен только один человек, способный задеть ее за живое – родной брат.
Решения о выполнении того или иного заказа принимает, основываясь на своеобразном кодексе: задача должна быть решаемой, конечной (никаких многолетних внедрений в разбойничьи банды), хорошо оплачиваемой, и результат не должен сверх меры преумножать Хаос в мире (по этой причине Мира крайне редко берется за устранение высших лиц какой-либо организации, если есть вероятность, что после их смерти вся организация разбежится в панике и начнет творить невесть что).

8.Биография.
В одной деревушке на границе Демирского графства и Драконьих скал жили муж  женой, и не было у них детей. Правда причины для этого были самые что ни на есть не сказочные – женщина не больно-то хотела обзаводиться потомством, опасаясь, что ходящая о ней в деревне дурная слава – мол, ведьма она, иначе откуда глазища такие желтые? – перейдет и на детей. А отец, как и все мужчины той деревни, большую часть времени проводил в шахтах, и о детях до поры особенно не думал. Однако люди одно себе решают, а судьба все равно свое возьмет – и жена забеременела, и родились у нее двое детей, мальчик и девочка. Темноволосые, желтоглазые, схожие лицом так, как только брат с сестрой могут быть похожи. Мальчика называли Джеффри, а девочку Джейн. И настолько они были милыми и веселыми, что родители пожалели, что так долго медлили заводить семью.
Но счастье было не долгим – и четырех лет не прошло, как ополчились жители деревни на их мать, обвинили в колдовстве и наведении порчи, сжечь вознамерились. Муж, не желавшей супруге своей и матери своих детей злой судьбы, вывел ее тайком из деревни, да только детишки с тех пор ее не видели. А отец их, как ни горевал, а все взял положенное время спустя другую жену, и та не тянула долго – родила ему еще детей. Всем хороша была мачеха, да только невзлюбила она «ведьминых» желтоглазых близняшек. Так что росли Джефф и Дженни как трава, только самим себе и предоставленные.
А поскольку были они с самого детства сметливыми и любопытными, едва только научившись хорошо ходить и бегать, стали они уходить все дальше от деревни, в горы ли, в лес, но всегда возвращались целы и невредимы, отцу на радость и мачехе на досаду, словно хранил их кто. Даром что места кругом были дикие, да опасные, где не только волка – дракона или заплутавшего темного можно было встретить.
Однажды дети дотемна заигрались в скалах, и едва только повернули в обратный путь, как Джейн ступила на непрочный камень – да и провалилась в расселину. И вроде не так уж велика и глубока была расселина – девочка даже не поранилась, но выбраться из нее никак не могла. А Джефф и рад бы позвать на помощь, но ночи темные, и как потом разыскать среди скал одну-единственную расселину? Попытался брат спуститься за сестрой – да сам тоже сорвался, еще и ногу подвернул. Тут бы и пропасть обоим, но случилось невиданное – появился из темноты старик – лица его дети не разглядели, только волосы седые в темноте будто светились, вытащил их легко из расселины, отвел в пещеру, накормил, напоил, намазал каким-то пахучим бальзамом ногу Джеффу и велел ложиться спать, а на рассвете – идти в деревню, и никому про встречу с ним не рассказывать. Как ни испуганы и ни удивлены были дети, а все же очень они устали, и заснули быстро. А утром никакого старика в пещере уже не было, зато видна была тропинка между скал, которая и привела Джейн и Джеффа обратно в деревню, к отцу.
Много раз с тех пор пытались брат с сестрой разыскать того старика и пещеру его в скалах, да только все без толку – тропинка та как сгинула. А наказ никому не рассказывать они помнили и выполняли, тем более что мачеха все равно ни о чем их не спрашивала, а отец в ту пору тяжело начал болеть, как часто случается с шахтерами, и скоро слег, а потом и вовсе умер. Тут то мачеха совсем с цепи сорвалась и стала сирот чуть ли не метлой со двора гнать, а на ночь накрепко запирать дверь и все ставни – ежели вовремя не вернутся, то ночевать им на улице.
В деревне Джеффа и Дженни тоже не больно жаловали – жива еще память была про их мать-ведунью, да и глаза у близняшек почитай что волчьи – разве ж к добру это? Кусок хлеба дать или яблоком угостить иной раз могли, но под крышу пускать ведьмино отродье – что самим беду кликать. И ночевали брат с сестрой, случись им запоздать, когда в сарае, а когда и вовсе под навесом на улице. Как-то однажды снова они задержались, и Джефф предложил в деревню не идти на ночь – опостылел ему и сарай, и метла мачехи, и слова ее злые. Благо на дворе лето, тепло – можно и в горах рассвет встретить, даром что все тропки уже хожены-перехожены. Дженни согласилась, не раздумывая – у них с братом давно уже повелось, что у одного в голове – то и другая уже про себя думает, только и вопрос, кто первым скажет.
Так и решили – выбрали местечко под кривой горной сосной, на которую солнце по утру первыми лучами всегда светит, натаскали травы, чтобы спалось мягче. Да только когда стемнело, жутко детям стало одним в глуши – волки где-то недалече воют, тени мелькают, огоньки какие-то светятся – не заснуть. Прижались брат с сестрой друг к другу и сидели так дрожа. А тут еще пара горных львов спустились со скал поохотиться – ни дать, ни взять кошки, да только размером каждый с теленка, глаза огнем горят, а лапы ступают мягко – не слыхать. Только по глазам видно, что кругом ходят, да кольцо сжимают. Испугались дети – им бы костер разжечь, да трава от росы отсырела, и от огнива ни искорки – дым один. Тут бы и с жизнью им проститься – Джефф сестру собой прикрыл, да толку… Вдруг будто ветром каким на них повеяло, а потом свист, лязг, да кошачий не то рык, не то крик. И тень какая-то между горными львами заметалась, а потом оба звери упали мертвые. И вышел к ним из темноты все тот же старик – волосы в лунном свете серебрятся, да глаза из-под седых бровей посверкивают. Бросились к нему Джефф и Дженни за спасение благодарить, а еще с просьбами, чтобы научил их также от лютых зверей обороняться. Ничего им старик объяснять не стал – вывел на прямую тропу до деревни и велел домой ступать. Рассказали тогда ему близнецы, что дома их не ждет никто и что если не выучатся они сами о себе заботиться – только пропасть им и остается. Покачал старик седой головой и сказал, что учить станет только тех, кто оплатить сумеет – да не золотом и серебром, а самым настоящим яйцом дракона. А коли не могут они его добыть – то и учиться их нечему, баловство одно. И исчез, будто в темноте растаял.
Опечалились Джефф и Дженни – известно же, что драконы только в сказках и бывают. Говорят, конечно, что скалы потому Драконьими названы, что за ними лежит страна, где волшебные эти ящеры крылатые живут – да никто из деревенских там не бывал, и правда это или нет – не ведает. Ничего не осталось им, как вернуться в деревню, переждать остаток ночи, да утром идти к мачехе на поклон.
Да только не простила их мачеха – перестала вовсе в дом пускать, кормила на дворе, как собак цепных. А там лето повернуло на осень, осень – на зиму. Холода сироты чудом пережили – много ли тепла в сарае, когда из еды только хлеба ломоть? И когда теплеть стало, решили Джефф и Дженни, что лучше в пасть чудовищу попадут, но яйцо для старика из горной пещеры добудут.
И будто смилостивилась над ними судьба (знать не знали дети, что не судьба это вовсе, а злой рок, что поразил всех драконов со смертью Существа, превратив кого в пленников человечьей плоти, а кого и вовсе в чудовищ бессловесных)– и весна еще не закончилась, как повадился воровать деревенскую скотину самый настоящий дракон – огромный, злющий, чуть что – огнем жжет. Того и гляди деревню дотла спалит. Жители кто могли – уехали, а кто остался – по домам запираться стали, будто укроет ветхий домишко от драконьего огня. А Джефф и Дженни знай себе по скалам лазают, дракона выслеживают. Вдруг повезет гнездо отыскать. И отыскали – да только как из него яйцо утащишь, дракониха только раз в день от гнезда и улетает, и быстро обратно возвращается, а сверху ей все видно. Думали сироты, судили, рядили, наконец, придумали – вымазались в навозе драконьем, чтобы не учуяла их крылатая ящерица, извалялись в листьях прошлогодних, чтобы не так заметны были, дождались, пока улетала дракониха, да и унесли одно яйцо. Не прошло и получаса, как рассерженная змеица вернулась, пропажу заметила, начала реветь грозно и огнем пыхать – да следов воров сыскать не смогла, а дети переждали в пещере поблизости, а после отправились искать того старика.
И долго бы они его искали, да он сам первый их нашел – подивился их смелость, да находчивости, и взял в ученики, но прежде велел выкупаться трижды. Только вот при свете дня оказалось, что никакой он не старик – даром, что волосы серебряные – а мужчина, не старый, не молодой, не низкий, не высокий, сильный и ловкий, с черными как ночь глазами, каких ни у кого больше близнецы не видели.
Назвался мужчина чудным незнакомым словом – тэлл, а что оно значит детям и невдомек было. Чудное слово, заморское. Рассказал тэлл, что давно уже сирот заприметил, следил, как они по скалам да расселинам лазят, да не верил все, что человечьи дети способны драконье яйцо добыть. Но раз выполнили они наказ его – значит и ему слово держать надобно, в ученики их брать. И повел в свою пещеру, сказал, что жить они теперь у него будут, а о деревенской жизни должны забыть.
Сперва учились они как в скалах выживать – охотиться, следы читать, источники находить. А еще убирались в пещере, еду себе и тэллу готовили, хворост собирали, в общем, выполняли всю работу, которую учитель им поручал. Затем стал он их мало-помалу учить писать и читать, разговаривать так, чтобы за благородных сойти могли. Драться учил, показал разное оружие, которого у него было великое множество, познакомил с ядами и противоядиями. А еще рассказал про солнце-Хикму и луны, про Порядок, который все в мире определяет и про то, как такие как он – тэллы его соблюдают. И выходило по всему, что не человек он вовсе, но не пугало это ни Джеффа, ни Дженни, потому что добр он к ним был.
Рассказал им тэлл и о стране за морем, откуда он пришел. И о том, что есть в этой стране орден-не орден, а братство тех кто Порядок хранит, да не просто молитвами, а делом. И дело это на первый-то взгляд темное – убийство, но цель у него сохранение Порядка. И ежели близнецы и дальше хотят у него учиться – придется и им на этот путь узкий и трудный ступить.
Джеффу и Дженни, превратившимся давно уже из детей в подростков, к тому времени возвращаться было некуда – от деревеньки разъяренная дракониха и камня на камне не оставила. Да и после всего, что им испытать пришлось, среброволосому тэллу они верили как отцу родному, а до прочих людей им и дела не было, как и людям до них. Тэлл дал ученикам своим новые имена – Джеффа назвал Шейдом, а Дженни стала зваться Мираж или Мира.
Так началось новое их учение – стали они в большой мир выходить, разные поручения для тэлла выполнять, повидали они разные города, разных людей и убили тоже на мало. И всегда после возвращались они в свою пещеру, к учителю, потому что не преподал он им еще последний урок. А что это за урок знал только тэлл.
Исчез он однажды – как часто исчезал прежде, возвращаясь потом с новым заданием. Но прошла неделя, за ней другая, за ними месяц, а тэлла как след простыл. И когда из месяцев сложился год, рассорились брат с сестрой, Шейд с Мирой. Шейд считал, что учитель не вернется больше, и надо отправляться в большой мир, своей жизнью жить. Мира говорила, что надобно остаться и ждать, как было им велено. Так и не решили они ничего, и не прошло недели, как Шейд забрал свои вещи и ушел. А сестра его осталась одна в пещере, дожидаться возвращения учителя.

Прождала Мира после ухода брата еще где-то с полгода одна. Скучное ей было без брата и учителя, но делать нечего – решила ждать – надо ждать. Однажды отыскал ее пещеру один человек – искал он тэлла-учителя, а наткнулся на ученицу. И был этот человек из тех, кто дела прежде с тэллом вел в обход Гильдии – а про Гильдию близнецы от учителя слышали и раньше. Попросил человек девушку помочь ему с делом деликатным, денег посулил. Согласилась Мира – не столько ради денег, сколько потому, что без дела совсем извелась. И подумалось еще ей, что сумеет она учителя сама разыскать, или узнать что с ним. За одним делом другое последовало, и человек, за услуги ей благодарный, направил ее к другому человеку, которому помощь была нужна, а с Гильдией он не сошелся. Так и стала девушка наемницей, быстрой, да ловкой, что под носом у самой Гильдии не узнанная вертится, да в руки не дается. Только одна у нее печаль была – вот уже третий год пошел, с тех пор как из пещеры она вышла, а об учителе и брате все никаких вестей.     

9. Способности.
Хорошо ориентируется в лесу и в горах, даже не знакомых, читает следы, может выследить любого зверя или сбить хищника со следа.
Хорошо физически подготовлена, сильная для женщины ее сложения, на достойном уровне владеет разными видами оружия, но лучше всего управляется с луком. Мечи любит меньше кинжалов, поскольку тяжеловаты они для нее, если драка затягивается. Пределы своих возможностей знает – с одним противником готова потягаться и в ближнем бою, однако против нескольких открыто никогда не выйдет, а залезет куда-нибудь повыше и перестреляет всех.
Ловкая, выносливая, хорошо бегает, лазает и падает даже с довольно большой высоты как кошка, не убившись.
Хорошо прячется, может двигаться почти бесшумно, кроме того по человеческим меркам хорошо видит в темноте.
Умеет готовить, причем практически из чего угодно может сделать съедобное блюдо, будь то мясо, птица, кошка, крыса или водоросли. Кроме того отлично разбирается в ядах, особенно хитрых, медленных и тех, которые сами по себе не отрава вовсе, а вместе с другим каким зельем убить могут. Так что есть то, что она приготовила, не зная ее намерений в ваш адрес чревато. Знает рецепты и некоторых прочих зелий – лечебных, обезболивающих, сонных.
Может в довольно широких пределах менять походку, голос, манеру говорить, что в купе с другой одеждой позволяет оставаться не узнанной. При желании может и молодого мужчину изобразить, естественно не без подготовки.
Достаточно хорошо знакома с человеческой анатомией, чтобы оказать первую помощь или ускорить естественную смерть, в зависимости от того, что требуется.
Частично невосприимчива к ядам – наставник заставлял их с братом принимать малые дозы, чтобы развить это.
Умеет ездить верхом на лошади (именно ездить, тонкости конного боя – не про нее, в лучшем случае может попытаться стрелять с конской спины, но вряд ли это будет очень успешно).
Обучена грамоте, письму, немного знает этикет и манеру говорить различных сословий, но долго притворяться благородной дамой не сумеет.
Частично невосприимчива к ментальной магии – тэлл не сумел научить детей телепатии, но научил защищаться от нее, препятствовать чужим попыткам читать их мысли или влиять на сознание.
Владеет дыхательными техниками и медитацией, позволяющими лучше контролировать свое сознание, быстро восстанавливать силы, контролировать и управлять собственными эмоциями.

10. Дополнительно.
-

11.Как часто сможете посещать  ролевую?
Оглядывайтесь по сторонам почаще, и наверняка меня увидите =)

12. Связь с вами. Только действующий Skype или ICQ
В ЛС принимающей стороне.

13. Личный статус.
Valar dohaeris

0

2

Здравствуйте!
Приносим извинения за задержку с принятием анкеты, замечаний не имеется.

Приняты.
Добро пожаловать!

0


Вы здесь » Клинок Армагеддона » Анкеты » Мира (человек)


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC